Публикации

Кен Хенсли: интервью журналу In/Out (2004)

Интервью с Кеном Хенсли было опубликовано в журнале «In/Out — техника в шоу-бизнесе» № 48 (№ 3, 2004, рубрика «Интервью In/Out»).

«На цифровых технологиях уже выросло целое поколение музыкантов, которые думают, что аналоговый звук — это такой плагин».

Информация о том, что легендарный композитор и клавишник Кен Хенсли собирается записать антологию своих песен на «Петростудио», стала просачиваться еще в конце зимы. Прежде чем столь интересная затея обратилась в реальные часы студийного времени, прошло без малого полгода. И вот, на дворе июнь, а в «Петростудио» раздаются нетленные аккорды «July Morning».

Находясь в Москве, Кен Хенсли вел дневник, который затем был опубликован на его сайте www.ken-hensley.com. В дневнике, снабженном множеством интересных деталей и размышлений, есть такой момент: «Этот проект вызывает большой интерес у местной прессы, поскольку я стал первым, как здесь говорят, «западным» артистом, который решил записать альбом в московской студии». В том же дневнике на странице, посвященной четвертому дню пребывания в Москве, есть такие строчки: «После еще одного интервью и ланча мы закончили первые шесть вокальных партий…» Это самое «еще одно интервью», организованное дирекцией «Петростудио» специально для журнала IN/OUT, мы и хотим предложить вашему вниманию.

Двенадцать часов дня, холл «Петростудио». Я жду. В том, что выбор пал именно на «Петростудио», нет ничего удивительного. По своей оснащенности это одна из лучших студий в Москве, но дело тут даже и не в оснащенности. Дело в том, что не так давно «Петростудио» поставила перед собой задачу выйти на международный рынок звукозаписи и с тех самых пор твердо следует заданным курсом. Антология песен Кена Хенсли стала первым иностранным проектом, доведенным до стадии реализации. Это событие без всяких скидок можно назвать историческим, поскольку никто до этого ничего подобного не делал.

Вот и сам Кен Хенсли. После того, как нас представили друг другу, мэтр вежливо попросил меня подождать еще полчаса и отправился допевать вокальную партию «July Morning». Полчаса на то, чтобы закончить часть работы. Весь регламент работ расписан с точностью до часа. Работа идет не по вдохновению, а строго по плану. Студийное время на Западе принято ценить, а потому все строго по графику.

Глядя на Кена Хенсли, хочется бросить курить, взять за правило заниматься спортом и всяческими другими способами поддерживать себя в такой же отличной физической форме. Сейчас ему 58 (на момент выхода журнала Кену Хенсли исполнится уже 59), но этот человек легко, как мне кажется, заткнет за пояс многих 30-летних. В Москву Кен прилетел из Испании, пережив сложности с получением визы, сборы, перелет, заселение в гостиницу и разницу во времени. В результате 28 часов без сна. Любой другой, оказавшись после такого в гостинице, первым делом повесил бы на дверь табличку «не беспокоить» и с чистой совестью отдал бы сну хотя бы часиков пять. Любой другой, но не Кен Хенсли. Душ, завтрак и вперед, на студию. На первый взгляд, удивительная энергия для такого почтенного возраста, хотя на самом деле чему тут удивляться — это его жизнь.

Ровно через полчаса Кен Хенсли выходит в холл студии. Садится за стол, ставит перед собой чашку чая и доливает в нее немного молока. «Чай очень полезен для голоса. Во время записи лучше всего пить чай с лимоном, но сегодня мы пишем не основной вокал, — объясняет мне Кен, уловив мой взгляд, следящий за его манипуляциями с 200-граммовым пакетом «Домика в деревне». — Итак, я готов».

In/Out: Кен, в двух словах о проекте.

Ken Hensley: Мы работаем над первым диском трехдисковой антологии моих песен. В этой работе я хочу вдохнуть новую жизнь в уже подзабытые вещи. На этой пластинке они действительно должны зазвучать по-новому. У них будет новая аранжировка, инструментальная часть, которую исполняют приглашенные музыканты, а также будем записывать несколько треков с симфоническим оркестром.

I/O: Я знаю, что в этом проекте работают русские музыканты. Что вы можете сказать относительно их уровня, учитывая то, что наши музыкальные традиции довольно сильно отличаются от традиций стран, в которых зародилась рок-музыка? Там главенствующую роль играет ритмика, у нас мелодика…

KH: Когда мы обсуждали этот проект, я совершенно ничего не знал о том, что представляют из себя русские рок-музыканты. Но когда меня познакомили с некоторыми из них, я обнаружил просто потрясающий уровень подготовки. Очень высокий уровень. Невероятно высокий. Но вместе с тем люди играют несколько зажато, напряженно, скованно, слишком правильно… Поэтому сейчас я потихоньку учу тех, кто работает вместе со мной над этим альбомом, быть более раскованными. Учу не бояться ломать музыкальные правила. Все время говорю им: расслабься, расслабься, просто играй, не думай…

I/O: Получается?

KH: Да, все нормально.

I/O: А есть ли какой-то рецепт, с помощью которого можно стать настоящим рок-музыкантом? Например, занимайся по столько-то часов в день, и все получится.

KH: Лично у меня нет. Я знаю лишь то, что рок-музыка, как, наверное, и любая другая — это определенное состояние. Тут не столько важны какие-то технические приемы, сколько твое отношение, видение… Один и тот же аккорд можно сыграть совершенно по-разному, и как он прозвучит, будет зависеть от твоего отношения. Лично у меня нет никакой системы занятий. Я не занимаюсь музыкой по часам, поскольку где бы я ни был и что бы при этом ни делал, я занимаюсь музыкой. Копилку эмоций можно наполнять все двадцать четыре часа в сутки. Даже когда ты спишь. Вот эти эмоции и важны в музыке. А техническая часть — это далеко не самое сложное.

Даже само деление на рок, джаз, блюз или что-то еще мне кажется не совсем верным. Лично я просто пишу музыку. Делаю свою работу. Я считаю, что Бог дал мне жизнь и для того, чтобы я писал музыку. Хорошо это получается или плохо… Я обычный человек, я пробую, ищу, ошибаюсь… Иногда поиски заводят меня совершенно не туда, куда бы мне хотелось. Приходится возвращаться и начинать снова. В этом и есть суть творчества. Творчество — это ведь не процесс, это состояние. Творчество окружает нас везде. И это относится не только к писателям, актерам или музыкантам. Каждый человек должен быть в той или иной степени творческой личностью, поскольку прикладывать творческие усилия приходится везде. Когда человек управляет машиной, он думает, как проще и быстрее проехать — это тоже творчество. Когда моя жена готовит на кухне еду — это тоже творчество. Когда садовник выращивает сад — это тоже творчество, хотя на первый взгляд может показаться, что он просто перекапывает лопатой землю. Я считаю, что на свете нет нетворческих людей, просто свои усилия они прикладывают в совершенно разных направлениях.

...


Внимание! Для доступа к полному тексту статьи требуется авторизация.


I/O: Кен, я слышал легенду, которая гласит, что на создание «July Morning» вас вдохновил новейший для тех времен синтезатор Mini Moog. Скажите, пожалуйста, это правда?

KH: В этой версии есть неточности. «July Morning» я написал во время тура, в автобусе, под акустическую гитару. А относительно Mini Moog история была следующая: когда мы записывали эту песню, в Англии был лишь один человек — Манфред Мэн, который имел Mini Moog. Он никому не разрешал им пользоваться. Но на записи Mini Moog мне был действительно нужен. Поэтому нам пришлось… пригласить Манфреда Мэна. Вот, собственно, и вся история.

Беседовал Александр Хорев

© Александр Хорев, 2004

Комментарии: 4 »

Leave a comment!

Add your comment below, or trackback from your own site. You can also
subscribe to these comments via RSS.
Be nice. Keep it clean. Stay on topic. No spam.

This is a Gravatar-enabled weblog. To get your own globally-recognized-avatar, please register at Gravatar.